В конце февраля в Государственном Собрании — Эл Курултай Республики Алтай состоялся круглый стол на тему «Проблемы лесной отрасли». В совещании приняли участие депутаты Республики Алтай, представители республиканского правительства, лесной отрасли, главы районов. На первый взгляд рядовое событие до сих пор отзывается в разговорах и даже было упомянуто на сессии в немалой степени благодаря материалу, размещенному на сайте «Новости Горного Алтая» под названием «Лесные «бароны» хотят свое министерство».


Некоторые участники круглого стола посчитали его заказным и преследующим определенные цели. На днях к нам обратился депутат ГС – ЭК РА Сергей Кухтуеков и еще двое представителей лесной отрасли, директор Союза лесопромышленников Республики Алтай Георгий Сырых и предприниматель Александр Павлов, посчитав, что их точка зрения так и не была нигде до конца раскрыта. Публикуем их высказывания по вышеуказанному поводу. Отметим, что разговор получился длинным и будет публиковаться частями.
Контроль, восстановление, переработка
Сергей Кухтуеков напомнил, что в Турочакский район раньше ссылали неблагонадежных – отправляли валить лес, Георгий Сырых согласился с этим и сказал, что именно таким способом было образовано село Уймень. «Волна переселения сильно повлияла на менталитет населения этих районов. Есть стойкое неприятие людей в погонах, часто случаются острые моменты, сопротивление представителям власти. Когда проводили волну протестов против вырубки соснового бора, было отмечено, что население там откликается гораздо быстрее... Если вернуться к «Сакральному Алтаю», почему там много подписей – люди понимают, что что бы они ни делали, их все равно никто не послушает, и они готовы вставать под любые знамена, лишь бы как-то ситуацию раскачать. Зажечь-то людей можно, но бывает гораздо сложнее что-то объяснить, чем просто лозунгами закидать, запретить и все... Вот и пытаемся мы профилактическую работу провести через СМИ, обозначить позицию и сказать, что просто лозунгами вопрос не решается. У нас сейчас запрет рубки, ну и что? Посмотрите, сколько кругляка вывозится. У нас на сельское хозяйство 600-700 миллионов в год идет дотаций, для того, чтоб поддержать так называемый образ жизни населения. Огромные суммы тратим ежегодно, качество дотирования и результативность – сомнительные, а в двух районах (и частично в других) образ жизни – это лесное хозяйство, но в культуру общения и деловой оборот пока не вошло поддержать этот образ жизни, лесодобывающие и лесоперерабатывающие организации, мы своим докладом на круглом столе пытались хотя бы начать говорить об этом. У нас отсталые технологии, оборудование купить – это дорого, почему бы не помочь? Есть сотни способов – и первоначальный взнос по лизингу, и проценты по кредиту, и субсидирование... Если это сделать, переработка очень сильно скакнет. Это к вопросу о бедности, человек сможет за час зарабатывать, грубо говоря, не 100 рублей, а 500, обладая высокотехнологичным оборудованием. Уменьшится количество вывозимого за границу РА кругляка. Нужен комплексный подход и один из его элементов – программа поддержки и развития лесной отрасли, не только в плане контроля, выращивания и восстановления леса, но и переработки».
«Китайцы
выкосят все»
Александр Павлов напомнил про такую структуру как Агентство стратегических инициатив при Президенте РФ и о том, что в 2014 году он с Сергеем Кухтуековым принимал участие в работе этого органа, тогда говорилось о внедрении стандартов инвестиционной привлекательности: «Одним из пунктов этого стандарта является экономическая и инвестиционная стратегия в том числе нашего региона, она складывается из стратегий районов. По Чойскому и Турочакскому района основа этой стратегии – это развитие лесопромышленного комплекса. В Турочакском районе еще туризм, там Телецкое озеро, а Чойский район полностью завязан на лесе, там и нормативно-правовые акты для поддержки этого направления, и субсидирование, и кредитование – на бумаге это все есть, но как претворяется в жизнь? Это же должно контролироваться, до 2028 года, дорожная карта есть, а благодаря этим законам, принятым в 2018 году, все не то что не развивается, а закрываться начало. Ну и хотелось бы несколько слов сказать насчет вот чего. Для руководства района, наверное, гораздо проще завести деньги, построить огромный комбинат, сделать его градообразующим предприятием, собирать налоги. Но если в советское время был госплан, научно-исследовательские институты в лесной отрасли работали, при этом не было же создано такое предприятие? Видимо, не нашли в этом смысла. Сейчас построить за миллиарды какое-то огромное перерабатывающее предприятие, а через пять лет его закрыть из-за отсутствия лесосечного фонда – ну, будет прыжок, а потом скатимся. Во-вторых, я, как и Георгий Сырых, считаю, что инвесторами должны являться местные предприниматели, нужно просто оказать им поддержку, принять, может быть, какие-то нормативно-правовые акты. Инвестор приехал, он зарегистрирован неизвестно где и налоги будет платить не нам. Здесь что-то не получилось – закрыл предприятие, хлопнул дверью и — отвечайте по долговым обязательствам… Тем более, что все такие крупные предприятия, связанные с риском, в основном строятся на государственные деньги. Если же на частного предпринимателя возлагается такая ответственность – ему деваться некуда».
- В Чойском районе уже не первый инвестиционный проект хотят запустить. При Пальталлере раза три хотели строить большой завод, приезжали люди, объясняли, чем они хотят заниматься, я слушал их внимательно, задавал вопросы, – сказал Георгий Сырых, – правда, через какое-то время проекты затухали и не осуществлялись. И если в этот раз не окажется ожидаемого правительством и населением результата, это мало того что превратится в пыль, но еще и нанесет непоправимый ущерб.
Хотели завести к нам китайцев. Они обозначили свои объемы переработки, я съездил лично, посмотрел, чего они там хотят. Да они всю нашу тайгу за пару лет вывезут в Китай с такими объемами! Важный вопрос – у нас АУ РА практически не занимаются лесовосстановлением, в год по Чойскому району вырубается больше тысячи гектаров тайги, а садят всего-навсего 15 гектаров. Потому что из бюджетов не выделяют деньги на лесовосстановительные мероприятия, им просто сказали – мы вам даем возможность рубить, вы там рубите как-нибудь и эти деньги отправляйте на лесовосстановительные мероприятия. Но этот бизнес, заготовка и переработка древесины, не настолько прибыльный, чтобы там оставались какие-то средства на лесовосстановление, потому что деньги должны быть серьезные... А АУ РА работают, чтобы выплатить зарплату, заплатить налоги, купить запасные части и ГСМ для техники. Ну, какая-нибудь рентабельность остается, 5-10 процентов... Государственными предприятиями вообще руководят не так, как частными... Возвращаясь к китайцам – под этот инвестпроект могут заехать и они. Я никакой не националист, я просто понимаю, что такое захват сырьевой базы государством, которое на сегодня сильнее нас экономически. Они если не выкупят, то просто создадут такие условия, что мы не сможем работать. Поэтому считаю, что сырьевую базу ни в коем случае нельзя допускать ни каких-то иностранных инвесторов, ни инвесторов из-за пределов Республики Алтай. Надо дать возможность своим. Мы по 20 лет отдали этому делу, и что это будет, если придет кто-то другой, построит этот завод, в то время как мы вкладывали средства, содержали это все... До 2008 года мы активно развивались, приобретали технику, новое оборудование, и все бы дальше продолжало расти и развиваться, если бы законами и кризисом нас не загнобили так, что все производство пошло на спад.
Цепная реакция
и вопрос баланса
- Я в прошлом году по своей инициативе встречался с предпринимателями Чойского и Турочакского районов, с помощью администрации мы их собирали, они рассказывали о своих проблемах. Я послушал тех, кто там живет, например, человек, у которого несколько магазинов, - добавил Сергей Кухтуеков. - Он говорит – «лесники» потеряли работу, у них упал доход, соответственно, в магазине они покупают меньше, магазин снижает обороты. А налог, который он платит с прибыли, тоже падает, то есть, бюджет в итоге недополучает. Магазин сокращает штат, некоторые закрываются. Такая цепная реакция.
Еще один, как я понял, принципиальный вопрос. Мы с Александром Ивановичем были на совещании, где очень опытный человек из министерства природных ресурсов делал доклад и говорил, что у нас очень много перестойного леса и если его не заготовить, он сгниет. И сейчас дилемма — либо мы заготавливаем лес, в том числе перестойный, и люди получают работу, муниципалитеты – налоги, дети идут в школу, одетые, сытые и довольные, либо мы его сгноим и не получим ничего. Для меня вопрос простой. Я считаю себя здравомыслящим человеком и считаю, что все-таки нужно все в меру делать. При нормальном использовании под хорошим контролем лес будет устраивать всех – и орех будет добываться, и красиво у нас будет, и тайга будет восстанавливаться (с помощью человека), и люди будут получать доход. Здесь вопрос баланса.
На кругом столе хоть и с трудом, но удалось нам провести одного человека (так бывает, когда люди не очень угодные) – это Майя Загорская. Она сотрудничает с ученым, который наладил контроль за лесозаготовками в Тюменской, Омской, Томской областях. Это новейшая система, которая позволяет делать это с небольшими затратами – поднимаются дроны, облетают кварталы, информация фиксируется в программе и с того момента мы знаем, сколько у нас каких деревьев растет. Когда же дерево спиливают и везут, на таможне подходит человек с этой программой и по спилам уже знает, в каком месте это дерево срублено. Внедрение такой программы — это очень серьезный удар по браконьерам, незаконным рубкам, лесной мафии, она не очень дорогая и позволит навести порядок. Сейчас же все беспорядочно и я этих людей, которые протестуют против всего, очень понимаю. Они устали, что их никто не слушает и вынуждены протестовать против всего. Если бы шел диалог, они бы конкретизировали свой протест. Сейчас они говорят – лучше ничего не трогать, тронете — опять лесная мафия, опять бесконтрольность, население ничего не контролирует, депутаты у нас во многом пассивные и произойдет как всегда. Но нужно подумать и о тех людях, которые лесом живут. Правильно, что тайга самовосстанавливается – да, но если человек там не живет. Так случилось, что человек родился в Уймени, Каракокше, Сейке, Ынырге, Чое. И что? Он не виноват. Он вынужден либо уехать и пахать на нефтедобывающие, газодобывающие компании, которым в принципе выгодна вся эта история – чтобы население глубинки не имело работы, кто-то же должен обслуживать гигантские стройки, добычу газа и нефти.
- Больше скажу – канадский кедр подорожал в два с половиной раза после того как у нас- запретили рубку кедра, - отметил Георгий Сырых.
«Государству легче стать туземцем»
- Что же до Китая, то нужно отметить, он не является конечным потребителем. Он очень много заготавливает, но я был в Иркутске, там все в один голос говорят – нас китайцы оккупировали. Лес весь вывозится, никаких лесовосстановительных работ не производится, они как нашествие, как саранча – напали, забрали, что можно унести... А там еще Байкал есть. В Китае на государственном уровне поставлено продвижение – они имеют всю информацию о конечном потребителе, это Австралия и Северная Америка. Наша задача как субъекта, который добывает лес – сделать такой продукт и провести его так, чтобы он попал к конечному потребителю. Это непростая задача, но она вполне решаема, если ею займется руководство республики, нужно пробить эти окна и показать людям – вот вы за час заработали сто рублей, а вот за этот же час с новыми технологиями и кадрами заработали 10 тысяч рублей. Кто откажется? Никто. Но этим нужно заниматься, и это роль государства, потому что бизнес у нас разрозненный, мелкий, он не сможет вложиться, а у государства ресурсы есть. Но государству легче стать тем туземцем, у которого за бусы забирают пушнину, золото и так далее. Учитывая уровень коррупции, который у нас сейчас есть, некоторым «инвесторам» проще «подмазать» здесь все, а затем зайти и получать прибыль. Почва для этого благодатная, и этого-то люди и боятся. Мы в своем выступлении говорили, что надо ограничить вывоз кругляка, но не запретами – коррупция пробивает все стены – а экономическими рычагами, с помощью специальных подходов сделать так, чтобы вывозить круглый лес стало просто невыгодно и просто смешно. Есть несколько транспортных коридоров, где вывозят лес – из Турочака на Бийск, Кемерово и здесь. Их достаточно легко прикрыть, хотя бы начать задавать вопросы – а вы где лес взяли? Он же во многом нелегальный. У нас же запрет. Запрет есть, а лес идет, и объемы большие... Тогда волей-неволей нужно будет лес здесь перерабатывать, а это значит – нанять население, зарегистрироваться, то есть, вбросить деньги в нашу экономику. Сейчас же – приехали туристы, в не наши магазины зашли, на не нашей АЗС заправились, а нам оставили мусор, который мы должны убрать, переполненные трассы, разбитые дороги и загазованность?
«С 2014 года, когда Терехова отправили в отставку, у нас «профильные» министры больше не занимали пост. То есть, людей берут со стороны, не имеющих ни практического, ни теоретического опыта работы в лесной отрасли. Наверное, они люди хорошие, но не специалисты. Сейчас нам поставили человека из Москвы, ни дня не отработавшего в лесном хозяйстве, – отметил Георгий Сырых. – Считаю, это целенаправленное действие, поскольку такими людьми легче управлять. У нас в РА были пожарно-химические станции третьего типа – мобильные, с определенным финансирование. В позапрошлом году станции стали первого типа – сократили, и опыт Красноярского края с пожарами ничему никого не учит. Михаил Алексеевич как бывший министр располагает цифрами и он подтвердил, что большие деньги были потеряны из-за некомпетентности руководства, то есть деньги на гослесоохрану выделялись, их нужно было защищать, но никто не смог этого сделать, потому что как такового ядра в министерстве природных ресурсов не осталось».
- Готовясь к круглому столу, разговаривали с людьми, которые имеют большой практический опыт работы, они считают, что 80 процентов мест в министерстве заняли новые люди, не совсем адаптированные к работе, а пришедшие получать зарплату. Функционал же министерства слишком широк, это большой неповоротливый перегруженный корабль, а лесная отрасль – это самодостаточная вещь... На круглом столе были главы других районов, например, Шебалино, там газа нет и люди топятся дровами, а в лес не зайдешь. Может скоро получиться так, что либо человек идет и браконьерничает, чтобы обеспечить теплом себя и свою семью, либо он не обеспечивает семью. Ответственный мужчина выберет семью. Такими непродуманными актами у нас из «белых» лесорубов в одно мгновение делают «черных», – прокомментировал мысль об отдельном министерстве Сергей Кухтуеков.
О главном лесорубе замолвите слово
Лесной кодекс 2007 года нужно полностью переработать с помощью специалистов, он не позволяет нормально работать в лесу, делает из честных предпринимателей «черных» лесорубов, считает Георгий Сырых. Все трое сошлись во мнении, что лес нужно использовать рационально и обязательно заниматься лесовосстановлением.
- Михаил Алексеевич рассказывал, что лично руководил посадкой кедрового сада, где были лучшие сорта, чтоб какую-то селекцию проводить. Этому саду уже около 40 лет, он уже начал плодоносить, он сейчас никем не охраняется, одно дерево стоит бешеных денег и сейчас эти деревья выкорчевываются... я понимаю – если бы я посадил сад, а кто-то начал его вырубать и еще наживаться на этом, это очень обидно, – сказал Сергей Кухтуеков.
Георгий Сырых выразил общее мнение, что сдвиги в данной сфере начнутся только с приходом компетентного специалиста на должность министра. Тот же кедр ведь можно использовать не только в плане древесины и ореха, но и перерабатывать шишки, опилки, получать эфирное масло. Сейчас же в этой сфере не налажен рынок сбыта и никто в министерстве, похоже, и не стремится его налаживать – зачастую министры, бывая на заграничных выставках, не продвигают и не думают продвигать наши товары, а ведь это бы могло помочь найти деловых партнеров...
Упоминание Михаила Терехова и министерства породило вопрос – ведь именно этого человека называют главным лесорубом, и отнюдь не в положительном смысле, и когда Сергей Кухтуеков высказал сомнение в адекватности выводов, которые опубликовал провластный ресурс «НГА» в публикации «Лесные «бароны» хотят свое министерство», его не все поняли. «Мы не можем этого отрицать, что Михаил Терехов был когда-то главный лесоруб, но, во-первых, он депутат, такой же, как и я, как и все остальные депутаты, работавшие за круглым столом, и если «НГА» считает, что он лидер преступной группировки, для этого есть суд и так далее. И вместе с ним называть и меня, и еще порядка 15 депутатов, там находящихся, лесной мафией – это неправильно, не надо одним миром всех мазать, надо разбираться. А то, что Михаил Алексеевич на посту министра мог сделать больше для лесной отрасли, если бы думал больше по-государственному – это да, думаю, сейчас это понимание у него есть. Он очень образованный и опытный человек, мы с ним общались в группе независимых депутатов РА, он приходил к нам на чашку чая», – пояснил свои слова Сергей Кухтуеков.

Георгий Сырых рассказал о своих отношениях с бывшим министром, отметив, что тот в свое время «сделал все, чтобы наше некоммерческое партнерство не получило леса в аренду. Как потом выяснилось, он лично распорядился, чтобы наши документы были уничтожены. Я обращался в прокуратуру, там не нашли никаких оснований, я пошел дальше — в антимонопольный комитет, там сразу все основания нашли, но в итоге ситуация сложилась таким образом, что мне пришлось идти на мировое соглашение... я поставил условие, чтобы обеспечили наших предпринимателей Чойского района лесосечным фондом, и сразу нашлись возможности. Но леса в аренду нам так и не дали, я три раза по этому поводу подавал документы, отказывали под разными предлогами. Они посчитали, что леса Чойского района должны принадлежать им. Учитывая, что Терехов был затем вице-спикером Госсобрания, а Татьяна Анатольевна Гигель, бывший руководитель нашего лесхоза – сенатор, у нас вообще никаких проблем быть не должно в этой отрасли. Тем не менее, одна проблема за одной. В соцсетях видел – Татьяна Анатольевна помогла Пермскому краю решить вопрос по деревянному домостроению, а нашим когда она поможет? Наверное, обида у нее из-за мужа осталась, и мы пожинаем сейчас плоды... Мы постоянно боремся с какой-то властью, вынуждены чем угодно заниматься, только не своей работой».
Наши собеседники также отметили, что министр природных ресурсов, экологии и туризма РА Екатерина Поварова проигнорировала вышеуказанный круглый стол, хотя, казалось бы, это была отличная возможность и познакомиться с целевой аудиторией, и обсудить важные моменты. Министра редко видят и в Чойском районе, и в Госсобрании, на личные приемы попасть очень сложно, что наводит на мысль о «вахтовом» методе работы министра-москвички.


«Листок» следит за развитием событий в лесной отрасли.

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 5.00 (4 голосов)